Достаточно вспомнить, что первый значительный исторический труд "История Государства Российского" создан писателем Н.М. Карамзиным. Кредо Пушкина - "История народа принадлежит поэту", его исторические и историко-поэтические, художественные произведения открыли возможность нового понимания и толкования истории. Гоголевский "Тарас Бульба" - поэтическая картина и художественный анализ одной из важнейших эпох истории Украины. А разве для познания идей и противоречий декабризма "Горе от ума" даст меньше, чем труды академика М.В. Нечкиной?! Толстой осмыслил, собрал воедино и воплотил в "Войне и мире" стремление русской культуры к "поэтическому проницанию истории" (Одоевский В.Ф. Русские ночи. - Л.: 1975). Он утвердил принципы истории-искусства как магистрального пути развития русской исторической литературы. Они актуальны и сегодня. Вспомним, к примеру, повесть А.Солженицына "Один день Ивана Денисовича" - произведение, говорящее о сталинской эпохе так, как удается сказать редкому профессиональному ученому-историку. История-искусство отличается от истории-науки самим подходом; центральным объектом история-искусство избирает последовательную и целостную картину жизни множества рядовых участников эпохи - они, по мнению Толстого, и определяют характер и ход истории. "Предмет истории есть жизнь народов и человечества". "Движение народов производят не власть, не умственная деятельность, даже не соединение того и другого, как то думали историки, но деятельность всех людей, принимающих участие в событии." Так определено кредо автора во второй части эпилога к "Войне и миру", где Толстой напрямую излагает свои художественно-исторические взгляды, стремясь философски их обосновать и доказать их правомерность. Сложнейшая художественно-историко-философская ткань романа сплетается из бытописания и исторических картин, из изображения эпохальных событий в жизни народа и кульминационных минут жизни частных лиц - великих и неизвестных, реальных и вымышленных; из речи повествователя и страстных монологов самого автора, как бы вышедшего на авансцену и отстранившего своих героев, остановившего действие романа, чтобы о чем-то наиважнейшем поговорить с читателем, резко оспорить общепринятую точку зрения профессиональных историков, обосновать свои принципы. Все эти пласты романа, сопряжение масштабности эпопеи с детализацией психологического анализа и с глубиной авторских размышлений делают уникальным жанр "Войны и мира". С. Бочаров отмечал, что в этом романе "принципиально соизмеримы и равноценны в своей значительности сцены семейные и исторические" (Бочаров С. "Война и мир" Л.И. Толстого. // Три шедевра русской классики. М., 1971). Это очень верное замечание. Для Толстого бытовая, частная жизнь и жизнь историческая едины, эти сферы внутренне связаны, взаимообусловлены. То, как поведет себя человек на поле боя, на дипломатической встрече или в любой иной исторический миг, определяется теми же законами, что и его поведение в частной жизни. И истинная ценность человека, в понимании Толстого, зависит не только от его реальных достоинств, но и от его самооценки.Абсолютно прав Е. Маймин, рискнувший выразить эти отношения дробью: действительная ценность человека = достоинства человека/самооценка Особое достоинство этой формулы в ее подвижности, динамичности: она ярко показывает изменения героев Толстого, их духовный рост или деградацию. Застывшая, неизменная "дробь" свидетельствует о неспособности героя к духовному развитию, об отсутствии у него пути. И здесь мы подходим к одному из важнейших моментов анализа романа. Герои "Войны и мира" делятся на два типа: "герои пути", то есть герои с историей, "с развитием", интересные и важные для автора в их духовном движении, и ''герои вне пути", - остановившиеся в своем внутреннем развитии. Эта довольно простая, на первый взгляд, схема очень усложнена Толстым. Среди героев "без развития" находятся не только символ внутренней пустоты Анатоль Курагин, Элен и Анна Павловна Шерер, но и Кутузов, и Платон Каратаев. А в движении, в духовном развитии героев автор исследует и вечный поиск самосовершенствования, отмечающий путь Пьера, князя Андрея, княжны Марьи, Наташи, и духовный регресс Николая Ростова или Бориса Друбецкого. Обратимся к системе образов "Войны и мира". Она оказывается очень четкой и подчинена глубокой внутренней логике. Два героя "вне пути" оказываются не только персонажами романа, но и символами, определяющими направленность духовного движения, тяготения остальных героев. Это Кутузов и Наполеон. Вся глубина понимания исторических процессов, вся полнота знания "последней правды" о России и духовного слияния с русским народом сконцентрированы в образе Кутузова. Это - светлый полюс романа. Образ народного полководца для Толстого во всех отношениях идеален, так что Кутузову уже как бы и некуда развиваться: его духовная задача - постоянно жить на этой высшей точке своего развития, не допустить для себя ни единого эгоистического шага. Образ Наполеона - темный полюс романа. Холодный эгоизм, ложь, самовлюбленность, готовность ради достижения своих низких целей жертвовать чужими жизнями, даже не считая их,- таковы черты этого героя. Он тоже лишен пути, ибо его образ-предел духовной деградации. Вся дьявольская "наполеоновская идея", с 1805 года занимавшая русское общество, сконцентрирована, всесторонне проанализирована и заклеймена Толстым в образе Наполеона. И духовный "вектор" героев "Войны и мира" может быть направлен "к Кутузову", то есть к постижению высшей правды, народной идеи развития истории, к самосовершенствованию через самоотречение, или "к Наполеону" - вниз, по наклонной плоскости: путь тех, кто боится постоянной напряженной духовной работы. И путь исканий любимых героев Толстого идет через преодоление в себе "наполеоновских" черт и идей, а путь иных - через их приятие, приобщение к ним. Именно поэтому все герои "без развития", остановившиеся, избравшие легкий путь отказа от духовной работы, объединены "наполеоновскими чертами" и образуют в русском обществе свой особый мир - мир светской черни, символизирующий "наполеоновский полюс" романа. Образы Кутузова и Наполеона создают не только психологические, но и историко-философские полюса.Это продолжение его авторского анализа. Б. М. Эйхенбаум в свое время указал на конструктивное и жанровое значение философских отступлений "Войны и мира", на их связь с эпическим характером произведения, отделяющим его от традиционного романа 2. А. Сабуров в книге о "Войне и мире" подробно проследил связь - не только идеологическую, но и сюжетную - отступлений с основным художественным текстом 3. 1 Страхов Н. Критические статьи об И. С. Тургеневе и Л. Н. Толстом. Спб., 1895, с. 362. 2 Эйхенбаум Б. Лев Толстой, кн. 2. Л.-М., 1931, с. 375- 378 и др. О философских отступлениях как органической "надстройке" над художественным текстом "Войны и мира" говорит С. Г. Бочаров в своей книге "Роман Л. Толстого "Война и мир"" (М., 1963, с. 33-35). 3 Сабуров А. А. "Война и мир" Л. Н. Толстого. Проблематика и поэтика. М., 1959, с. 448-464 и др. Отмечу, что даже вымышленные персонажи романа вторгаются в его философско-исторические отступления. "Наполеон начал войну с Россией потому, что он не мог не приехать в Дрезден, не мог не отуманиться почестями, не мог не надеть польского мундира, не поддаться предприимчивому впечатлению июньского утра, не мог воздержаться от вспышки гнева в присутствии Куракина и потом Балашева1. 2. 3. 4. 5. 6. 7. 8. 9. 10. 11. 12. 13. 14. 15. 16. Понятия
Ножи - нержавеющая сталь (5 штук).2142 рубРаздел: Оригинальная тематическая компьютерная мышь.279 рубРаздел: P"Каждый исторический факт надо объяснять человечески", - писал Толстой. По жанровой форме "Война и мир" не исторический роман, а. семейная хроника, точно так же, как "Капитанская дочка" - не история пугачевского бунта, а непритязательный рассказ о том, как "Петруша Гринев женился на Маше Мироновой"; так же, как "энциклопедия русской жизни" "Евгений Онегин" - хроника жизни обычного светского молодого человека первой четверти XIX века. "Война и мир" - хроника жизни нескольких семейств: Болконских, Ростовых, Курагиных; жизни Пьера Безухова - ничем не примечательного рядового дворянина. И в этом подходе к истории есть своя очень глубокая правота. Историческое событие интересно не только само по себе. Оно чем-то подготавливается, формируется, какие-то силы приводят к его реализации - а затем оно длится столько, сколько отражается на истории страны, на судьбах людей. Историю страны можно рассматривать и изучать с различных точек зрения - политической, экономической, научной: издание указов и законов, формирование правительственной линии и противостоящие ей группировки и т. д. Можно изучать ее и иначе: сквозь призму рядовых судеб граждан страны, разделивших со своим народом общую судьбу. Именно такой подход к изучению истории избирает в "Войне и мире" Толстой. Как известно, писатель учился в Казанском университете. И учился, надо сказать, небрежно, так что брат Сергей Николаевич отзывался о нем в ту пору как о "пустячном малом". Особенно часто пропускал юный Толстой лекции по истории: профессор Иванов указывает на его "совершенную безуспешность в истории" и не допускает к переводным экзаменам (в результате чего, кстати, Толстой перевелся с филологического факультета на юридический, где так же упорно не посещал лекций по истории). Но это свидетельствует не о лени студента Льва Толстого и не об отсутствии у него интереса к истории. Его не устраивала сама система преподавания, отсутствие в ней общей концепции. "История, -говорил он одному из соучеников, - это не что иное, как собрание басен и бесполезных мелочей, пересыпанных массой ненужных цифр и собственных имен." И в этих словах уже слышен голос будущего автора "Войны и мира". Толстой выдвигает свою концепцию: истории-науке, оперирующей набором "басен и бесполезных мелочей", он противопоставляет историю-искусство, основанную на философском изучении законов истории средствами художественного творчества. В 70-е годы Толстой так формулировал свое кредо: "История-искусство, как и всякое искусство, идет не вширь, а вглубь, и предмет ее может быть описание жизни всей Европы и описание месяца жизни одного мужика в XVI веке". "Не вширь, а вглубь " Толстой говорит в сущности о том, что целью историка должно быть не простое коллекционирование и упорядочение реальных фактов, но их осмысление, их анализ; что умение воссоздать месяц жизни рядового человека даст людям большее понятие о сущности исторического периода и о духе времени, чем труды ученых-историков, знающих наизусть все имена и даты. При всей новизне формулировки понятия "история-искусство", позиция Толстого органична и традиционна для русской литературы.
Оригинальная тематическая компьютерная мышь.279 рубРаздел: Оригинальный набор ножей с подставкой в виде человечка.
Жанровое и художественное своеобразие романа "Война и мир". Система образов
Библиотека Рефераты Курсовые Дипломы Поиск
Основные жанровые признаки романа война и мир. Художественное своеобразие книги Война и мир. Своеобразие книги война и мир. Жанровое и художественное своеобразие романа "Война и мир". Система образов
